Перерожденные революцией

[22-06-2007] Aвтор: Дмитрий Лычёв

В чешском замке Штиржин состоялась международная конференция, участники которой обменялись опытом трансформации правоохранительных органов. В основном речь шла о странах бывшего социалистического блока. После «бархатной» революции и в Чехии возникла острая необходимость реформировать органы, которые служили и как карательные, причем, против своего же народа.

Гостями конференции были бывший министр внутренних дел Чехии Ян Румл и бывший руководитель военной разведки генерал Андор Шандор, которым мы и задали несколько вопросов о том, как проходила реформа полиции и военной разведки сразу после событий 1989-го года.
Вопрос Яну Румлу:

- После «бархатной» революции Вы пришли в министерство внутренних дел. Какова была ситуация в то время полиции?

«Я пришел в федеральное министерство внутренних дел, в котором, собственно, никакой полиции тогда и не было. Полиция была в чешском МВД, а на федеральном уровне оставались такие гнусные подразделения, как StB (аналог советского КГБ - прим. Д.Л.). Плюс служба пограничного контроля, иностранная полиция и паспортный отдел. Возникла необходимость это министерство коренным образом трансформировать, упразднить внутренние войска, пограничную полицию и на их месте создать федеральный полицейский корпус, что нам в конечном итоге и удалось сделать. Потом федерация распалась, и нам пришлось проводить те же самые «процедуры» на чешском министерстве, которое образовалось из упраздненного федерального путем деления на чешское и словацкое».

- Что было самым трудным в первые годы самостоятельной чешской полиции?

«Разумеется, не обошлось без парадоксов. Нам требовались специалисты, профессионалы, но в то же время это должны были быть люди, которые не пребывали в «скорлупе прошлого», то есть, они не занимали ранее высокие посты в компартии и не запятнали себя сотрудничеством с органами госбезопасности. Это была сложная ситуации, и надо было как-то из нее выходить. Мы начали с того, что набрали молодых людей, прошедших полицейские школы за рубежом. На первых порах пришлось понадеяться и на помощь тех, кто остался в рядах полиции, потому что криминальная обстановка в стране катастрофически ухудшилась, и нам необходимо было срочно выходить из этой ситуации».

- Интересно, наверно, было наблюдать за трансформацией взглядов и привычек людей, работавших в полиции не один год?

«Ну, тогда, в 90-е годы, было совсем иное время. Они, эти полицейские, боялись. У них было чувство, что с наступлением нового режима им нужно будет изменить абсолютно все свои навыки, привычки. Теперь, по прошествии лет, оказывается, что страх прошел, и ныне в полиции появляются другие проблемы, которые снова должны решаться посредством реорганизаций. Похоже, сейчас мы снова стоим на пороге реформы полицейского корпуса».
- Что Вы можете сказать о реформе, которая сейчас готовится?

«Мы, собственно, о ней почти ничего не знаем, потому что нынешний министр внутренних дел пока не обнародовал внятную концепцию, которую можно бы было обсуждать. Что необходимо обязательно сделать, так это четко прописать в законе не только полномочия полиции, но и ее обязанности. Кроме этого, мне кажется, уже давно настало время решительным образом бороться с утечкой информации из органов внутренних дел и с то и дело возникающими случаями коррупции».

- Если сравнивать чешский полицейский корпус с подобными структурами в других европейских странах, выдержит ли он это сравнение?
«Я думаю, выдержит. Достаточно вспомнить, что полиция справилась с тем катастрофическим ухудшением криминальной ситуации, о котором я говорил. В последние годы обстановка остается стабильной, кривая раскрываемости преступлений неуклонно ползет вверх. Мне думается, сейчас самое подходящее время вывести инспекцию МВД из подчинения этому министерству и перевести ее под крышу иного ведомства, вне зависимости от органов внутренних дел. Помимо этого, полиции очень бы помогло заведение этических норм для каждого полицейского. Это, несомненно, сослужило бы в дальнейшем полиции добрую службу и подняло бы ее престиж в обществе».

На конференции много говорилось о том, что в сознании обывателя разведывательные структуры отождествлялись с органами, которые репрессировали сограждан. Вопрос генералу Андору Шандору, бывшему руководителю военной разведки: насколько это сравнение правомерно?

«Если говорить об StB, об органах госбезопасности, то они, разумеется, являлись репрессивными, они действовали против своих же сограждан. Как внутри страны, так и за ее пределами, против чехословацких эмигрантов. Но была и другая самостоятельная часть органов разведки, а именно военная разведка, от нее сограждане никогда не страдали. Мы можем считать военную разведку неотъемлемой частью государственного силового аппарата, но я бы никогда не стал называть ее репрессивной частью коммунистических структур».
- Каким образом проходила реформа военной разведки?

«Чешская Республика, разумеется, для начала распустила почти все свои органы безопасности, оставив при этом горстку людей из прежнего аппарата. Они прошли аттестацию и были допущены в новые структуры. Исключение опять же составляет военная разведка, которая не испытала кадровых потрясений. Разве что пара сотен человек, которые не могли смириться со столь резкой сменой политической ситуации. Они ушли добровольно. Очень важно было сохранить военную разведку приблизительно в том виде, в каком она находилась до «бархатной» революции. Не стоит забывать, что в то время была очень сложная политическая ситуация в мире. Хусейн напал на Кувейт, в 1991-м году начался кровавый распад Югославии, обнажились проблемы и в СССР. Новое политическое руководство решило оградить военную разведку от кадровых «чисток». Я считаю их решение верным, они сумели вовремя понять, какие опасности внутри страны и извне могут Чешской Республике сразу после 1989 года грозить», - говорит генерал Андор Шандор.

От «скорлупы прошлого» удалось очиститься в короткие сроки и с минимальными потерями полезного кадрового состава. О проблемах военной разведки в настоящее время нам мало что известно, на то она, собственно, и разведка, чтобы о ней ничего не знать. Что же касается полиции, то ее недостатки мы видим чуть ли каждый день. О некоторых как раз и обмолвился бывший министр внутренних дел Ян Румл. Демократия хороша и тем, что можно говорить о недостатках полиции и не бояться за это от нее же и пострадать. Вопрос здесь другой: будет ли оный глас услышан? Но это уже история про иную скорлупу.

Источник: Радио Прага (www.radio.cz)