Амнистированные революционным бархатом

[10-08-2007] Aвтор: Дмитрий Лычёв

До «бархатной» революции диссидентам в Чехословакии приходилось несладко, и об этом мы не раз писали и говорили. Тем не менее, борцы с репрессивным режимом чувствовали за собой поддержку западных организаций, в том числе и правозащитных. Одной из этих организаций была «Amnesty International» - «Международная амнистия». Об истории и сегодняшнем дне организации мне рассказали в ее пражском отделении.

Рассказывает менеджер «Международной амнистии в Чешской Республике» Ленка Питронова:

«Во времена Чехословакии в стране часто бывали наблюдатели из Лондона, которые пытались попасть на процессы с диссидентами, собирали информацию об отношении к политзаключенным в тюрьмах, организовывали всемирные акции поддержки известных чехословацких диссидентов. «Международная амнистия» в Чехословакии была очень активна, и во многом благодаря ее деятельности мир узнавал о том, что происходит в нашей стране. Многие чехословацкие диссиденты были провозглашены узниками совести. Впоследствии они рассказывали, что это им очень помогало. Они были уверены, что режим не посмеет поднять на них руку, покуситься на их жизнь, потому что, благодаря нашей организации, о них знал целый свет».

- Ваша организация в Чехии родилась практически сразу после «бархатной» революции? Можно ли говорить о том, что существование «Международной амнистии» стало возможным благодаря послереволюционным демократическим преобразованиям?

«Существование отделения «Международной амнистии» в Чехии до 1989 года не представлялось возможным. Несмотря на это, в стране были люди, которые с этой организацией сотрудничали, передавая информацию из тогдашней Чехословакии на Запад. Это сотрудничество и легло в основу филиала «Международной амнистии» в Чехии, который начал свою официальную деятельность в 1991 году. Сначала это был просто союз добровольцев, потом он трансформировался в полноценную общественную организацию».

- Какова структура «Международной амнистии»? Есть некий «центр», который распределяет разнарядки по своим филиалам в каждой стране?

«Центр - международный секретариат - находится в Лондоне, где, собственно, «Международная амнистия» и родилась как организация. На данный момент по странам мира насчитывается 71 отделение. Организация придерживается демократических принципов - руководители всех отделений собираются и вместе решают, какие приоритеты по всему миру будут у организации в ближайшее время».

- Как организация развивалась?

«В 1991 году это была небольшая группа добровольцев, постепенно к нам присоединялись все новые и новые люди, и у нас было уже около двухсот человек. В настоящее время «Международная амнистия в Чехии» насчитывает 11 оплачиваемых работников около тысячи членов-добровольцев. Кроме этого, есть и люди, которые нас поддерживают на непостоянной основе. Сейчас уже можно говорить, что мы являемся полноценным филиалом «Международной амнистии». Наша организация не получает бюджетных денег, у нас нет ни одного гранта из Европейского Союза, и поэтому для нас любая поддержка очень важна».

Мой вопрос координатору активистов «Международной амнистии в Чешской Республике» Ивоне Новоместской:

- С властями мне и так всё понятно, а вот встречаетесь ли вы с негативной реакцией простых людей?

«Правозащитная организация должна быть готова к негативной реакции, потому что мы всегда выступаем в роли критиков. К сожалению, находятся люди, которые чувствуют себя задетыми. К примеру, когда мы критикуем расистов, найдутся те, у кого с этим проблемы, и они, разумеется, к нам хорошо относиться никогда не будут. Мы к такой реакции готовы и считаем ее нормальной».

- Насколько вам удается критика именно чешских проблем, тех, что возникают внутри страны?

«Для начала необходимо отметить, что местная организация ограничена в полномочиях внутри своей страны. Кроме всего прочего, у нас принято считать, что взгляд на проблемы своей собственной страны не всегда может быть объективным. Поэтому «Международная амнистия» работает по-другому. Любая критика местных проблем должна быть подтверждена независимым наблюдением наших иностранных коллег.

Что касается Чехии, самая проблематичный вопрос, который мы сейчас наблюдаем - проблемы цыганских детей в школах, да и цыганская проблема в стране в целом. Кроме этого, мы принимаем участие в проекте «Нет насилию над женщинами», и я считаю, что за последние годы в этом вопросе наблюдается большой прогресс. Например, удалось провести поправку к закону, согласно которой те, кто творит домашнее насилие над женщинами, может запросто лишиться жилья.

Еще один наш чисто «чешский» проект - «Права человека в школах». Мы посещаем школы и рассказываем детям не только об их основных правах, но и о том, как важно соблюдать права человека в целом».

- Я занимаюсь правами человека уже лет 17 и, разумеется, часто общаюсь с представителями разных неправительственных организаций. Многие мне напоминают футболистов. Придет к ним человек со своей проблемой, допустим невероятное, они его примут, еще невероятнее - внимательно выслушают и... отправят к коллегам. Те - к юристу, юрист - еще куда-нибудь. Человеком вволю наиграются в футбол, а результат всегда один - нулевая ничья. Мой вопрос снова Ленке Питроновой. Что ваша организация делает для людей с конкретными сиюминутными проблемами?

«Чаще всего за помощью к нам обращаются просители политического убежища. Мандат «Международной амнистии» ограничен, но проблематика беженцев - это одно из немногих, чем можем в Чехии без проблем заниматься. У нас нет правовой или социальной консультации, зато мы можем предложить то, чего не могут предложить другие. У нас есть много информации о ситуации в странах, откуда идут большие потоки беженцев. Просители убежища часто жалуются на то, что они не могут доказать судам и чиновникам, что в их стране нарушаются права человека. И мы предоставляем такую информацию. Мы ни в коем случае не говорим, что у конкретного человека были проблемы в своей стране, но мы утверждаем, что подобные проблемы у него могли бы быть. Мы способны найти детальную информацию о нарушениях прав представителей конкретных меньшинств в конкретной стране, конкретном регионе».

- Меня всегда больше занимали права конкретного человека, чем какого-то эфемерного сообщества. По моему убеждению, больше пользы от организации, которая поможет спасти жизнь одному человеку, нежели от тех, кто выпускает в небо тысячи воздушных шариков за заключенных, скажем, в Гуантанамо. Что по этому поводу думает Ивона Новоместска?

«Позвольте мне с Вами не согласиться. Месяц назад я встречалась с бывшим узником тюрьмы на американской базе в Гуантанамо, которого там продержали четыре года. Без права на общения не только с родными, но даже и с адвокатом - в полной изоляции. Это один из тех случаев, когда американские власти допустили явную ошибку, держали в тюрьме человека, который не имел ничего общего с терроризмом. Он долго рассказывал о тамошних суровых условиях содержания, некоторые его товарищи по несчастью не выдержали и покончили жизнь самоубийством.

Бывший узник поведал мне следующее. В то время, когда и он уже подумывал о том, чтобы свести счеты с жизнью, на одном из допросов американский солдат закричал ему: «Ты не думай, ни один из твоих дружков-панков с улицы не сможет тебя отсюда вытащить, все равно ты здесь сгниешь». Таким вот неожиданным образом он узнал, что за его свободу где-то кто-то борется. Вы даже себе не представляете, - рассказывал он, - какой луч надежды мне блеснул! Тогда-то он и понял, что о нем на свободе знают, и значит, для него еще не всё потеряно».

Источник: Радио Прага (www.radio.cz)